alex_mclydy (alex_mclydy) wrote,
alex_mclydy
alex_mclydy

Categories:

Тематическая кинорулетка. До свидания, мальчики (1964)

Раунд номер семь. Советское кино Оттепели. Скажу честно – у меня нет даже банального ответа на вопрос о том, близка ли мне эта тема, потому что фильмов той эпохи я смотрел крайне мало. Алексей осознанно не стал включать в список, из которого рандомно раздал всем фильмы, те, которые многократно затёрты и всем известны (что верно), однако я в большинстве не видел и их. А если и видел, то в глубоком детстве, когда кино казалось мне сплошным развлекаловом – воспоминаний практически не осталось. Однако сам факт того, что мы снова обращаемся к отечественным режиссёрам (уже было перестроечное кино – одна из самых успешных рулеток лично для меня), не может не радовать. 1955-1968 год – в такой промежуток уместилась советская Новая волна. Мне достался фильм 1964 года, снятый по одноимённой повести Бориса Балтера – “До свидания, мальчики”. Песня Булата Окуджавы с этим же названием, которую вы не могли не слышать раньше, была написана в 1958 году и посвящена автору книги. Все три художественных произведения объединены одной темой.

Когда в наше время общаешься с людьми, особенно с теми, для которых кино – не главное увлечение в жизни, часто проскальзывают мысли наподобие: “Американцы снимают лучше, чем наши, русским не дорасти до такого уровня”. Всех под одну гребёнку, в общем. Желание дискутировать сразу исчезает. Из последнего вспоминаются “28 панфиловцев”, которых в каждой второй рецензии сравнивают с голливудскими идеалами жанра. Однако 50 лет назад всё было устроено несколько иначе. Нет, конечно наши молодые режиссёры смотрели иностранные фильмы и впитывали как губки всё, что могли (после смерти Сталина многое стало проще), но всё же когда видишь в советском кино нечто нестандартное – сразу настраиваешься на позитивный лад. Не хочу сказать, что первые 10 минут Михаил Калик снял по-американски или по-французски, но я был просто ошарашен, в приятном смысле. Ни единого звука из уст актёров – слова появляются на экране как титры, рисуются красивым почерком прямо поверх изысканно снятых русских просторов. Эти слова – цитаты из книги. Цитаты, которые в первые мгновения не ложатся в единую концепцию, но с каждой минутой фильма их смысл становится понятен всё больше и больше. Музыка обращается в сильный компонент ленты также фактически с первых секунд. Микаэл Таривердиев – выдающийся советский композитор, пока будем помнить о классике советского кино, не забудем и его. Редкий режиссёр так понимал кино, как было дано Таривердиеву. Но всё же главные висты – оператору. Его зовут Леван Пааташвили, и он, кстати, ещё жив (мысленно передаю пожелания крепкого здоровья Левану Георгиевичу). То, как он минималистичными кадрами и игрой со светом вовлекает зрителя в этот предвоенный, не побоюсь этого слова, мир, вызывает катарсис, хотя мы ещё ничего не успели узнать из сюжета. Потрясающее начало, я был влюблён уже спустя четверть часа.

Ну а потом начали разворачиваться сюжетные линии, накладываться одна на другую, представляя зрителю на суд кучу тем из СССР тридцатых годов. Как бытовых, так и социальных, а в чём-то даже философских. И было бы странно, если бы всё это не пронизывала любовная лирика, однако тут Калик нам даже задуматься не дал, пустив на экран цитату: “Мне было 18, а моей Инке 17 лет”. Три друга, три славных товарища, которые вместе всю жизнь, скоро разъедутся по разным военным училищам. И они прощаются: друг с другом, с семьёй, со знакомыми, с девушками, с родной землёй… Расставание не должно быть долгим, но зритель-то всё понимает. Вот есть жанр “военная драма”, и с ним всё ясно: драма, в основе которой (не)реальные военные события. А как быть с такими фильмами, как “До свидания, мальчики”? Предвоенная драма? Нелепость, правда? Меж тем, несмотря на то, что нам лишь в самом конце покажут реальные военные хроники, война является одним из основных двигателей сюжета. Каждое слово, каждый взгляд главных героев приобретают иное значение ввиду того, что произойдёт через несколько лет с их судьбами. А уж когда на экране очередной раз появляется уже знакомый почерк, который гласит: “Больше маму я не видел никогда, даже мёртвой”, – тут только самый тёртый калач сможет сдержать слёзы. Не покривлю душой, если скажу, что это один из самых сильно накрывающих в эмоциональном плане фильм. Но не смейте думать, что все эти эмоции венчаются слезами – это совсем не так. Борис Балтер был совершенно откровенен в своей повести (на Википедии её называют “в немалой степени автобиографической”), а Михаил Калик очень тщательно и аккуратно перенёс её на экран, поэтому все радости и переживания, связанные с первым поцелуем, первым выпитым стаканом вина, первой ложью во благо и первым медленным танцем мы будем переживать-вспоминать вместе с героями. А какие прекрасные и по-настоящему смешные (порой) диалоги между друзьями здесь – это надо слышать. Особенно понравился разговор Володи с Сашей (приблизительно, точно не помню):
- Ну, как у тебя дела в этом плане?
- В каком этом?
- Ну в любовном.
- А у тебя?
- Мужчины об этом вслух не говорят. Они лишь многозначительно улыбаются.
(и начинает улыбаться)
Прелесть.

Я обычно не делаю этого в заключительном абзаце, но в этот раз сделаю исключение – спасибо ЖЖ, спасибо кинорулетке и спасибо Лёше, который лёгкой рукой вытащил мне именно этот фильм. Второго такого нет, и не будет. Как и нет уже того кинематографа. И для нашего поколения, и для последующих будет настоящим преступлением забывать о таких прекрасных представителях советского кино.

Оценка: 9 из 10.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments