alex_mclydy (alex_mclydy) wrote,
alex_mclydy
alex_mclydy

Category:

10 точек. Рим, открытый город (Roma città aperta, 1945)

Сороковые. Большую часть декады людям было не до кино, тем не менее, свои Шедевры имеются и у того времени.

1945 год, "Рим, открытый город", Роберто Росселлини.





МакЛыди: Надо немножко обдумать увиденное.
Лена: Один из лучших фильмов, что я видела. Тяжёлый, но смотрится на одном дыхании. Фильм же 1945 года... Война только закончилась, и эмоциональное состояние жутковатое. За героев переживаешь. Режиссёр раскрыл их очень хорошо. И финал такой...
МакЛыди: Съёмки стартовали через 2 месяца после того, как фашисты покинули Рим, а премьера состоялась через 3 недели после окончания Второй мировой. В это поверить почти невозможно. Люди, которые своими глазами видели все ужасы войны и тяготы народа, взяли жопу в горсть и начали снимать кино, едва оправившись от горя. А всё потому, что Роберто Росселлини, режиссёр, понимал, что человечество остро нуждается в том, чтобы увидеть с помощью кинематографа, что такое война. И под человечеством я подразумеваю не только современников постановщика, но и будущие поколения. Расскажи мне о своём отношении к военному кино. Может, есть любимое. Много ли смотрела, часто ли?
Лена: В основном советское. Очень хорошо отношусь, ибо это память, история. Ужасы, о которых никак нельзя забывать.
МакЛыди: Ну в абсолюте хорошо относиться нельзя, есть же и хреновое кино о ВОВ.
Лена: К современному я не очень отношусь, оно какое-то бездушное. И идёт в разрез с рассказами бабушки и деда-соседа. В памяти больше "Офицеры", "Горячий снег", "В бой идут одни старики", "Они сражались за Родину". Ну и им подобные. Хорошая классика.
МакЛыди: Ну, взять тех же "Офицеров". Ты заметила, что сегодняшний наш фильм и советский разнятся в жанрах?
Лена: Да. Способы повествования отличаются. В "Офицерах" история семьи, дружбы через время, войны и ужасы. А в "Риме" по-другому всё. И вот тоже момент – если я не ошибаюсь, в Италии фашизм зародился раньше, чем в Германии.
МакЛыди: Само слово фашизм происходит от итальянского fascio – фашио – союз.
Лена: И немцы всё равно их считали слугами. Но это уже разговор не о фильме.
МакЛыди: Немцы весь мир считали слугами. Высшая раса, что с них взять. Однако через одного персонажа в фильме режиссёр показал, что уже на момент 44 года немцы понимали, что их песенка спета. Насчёт повествования ты поняла всё совершенно верно. Но тут стоит отметить главную вещь. Фильм "Рим, открытый город" стал первым в жанре неореализма. Его ещё называют итальянский неореализм, поскольку в те годы киноязыки представителей отдельных стран сильно отличались, и это подчёркивалось в названии жанра. Стратегия неореализма - это стратегия отказа. Кино внезапно стало максимально приближенным к документалистике, и именно этим подчёркивается новаторство. Ты должна отгадать хотя бы один из пяти пунктов, в чём именно был "отказ", попробуй. Сравни фильм с предыдущим в рамках нашего междусобойчика.
Лена: Отказ от приукрашивания действительности?
МакЛыди: Ну, это я тебе и так подсказал. А вот если не глобально, локально рассматривать. Какими средствами это достигается?
Лена: Максимально реалистичными героями?
МакЛыди: Верно. Тут ты разгадала разом даже два пункта. Первый отказ – это отказ от стереотипного "главного" героя. Ты не могла не заметить, что здесь все персонажи на вторых ролях. Основой сюжета является война, которая есть везде, повсюду, даже в воздухе. Все люди переживают за свою жизнь.
Лена: Больше даже военная оккупация. Показаны не боевые действия больше, а жизнь под гнётом. Один штурм пекарни задаёт какую атмосферу.
МакЛыди: Поступки героев второстепенны, они массивных толчков для развития истории не дают. Но при этом напряжение сюжетное стабильно высоко, потому что невозможно предугадать, что случится с тем или иным человеком через пару минут экранного времени. А второй отказ – это опора на непрофессиональных актёров. Шаг скорее не художественный, а безальтернативный. Война не закончилась, особо нечего есть, не говоря уже о реквизите и так далее. Поэтому режиссёр был вынужден снимать в фильме начинающих актёров при натуральном свете, без дополнительных построек и интерьеров. Добавить сюда ещё можно то, что жанр неореализма допускал импровизацию, диалоги менялись прямо в ходе съёмок. Если брать конкретно этот фильм, то падение женщины в манто очень похоже на то, чего не было запланировано изначально. Ну, это моя догадка.
Лена: Возможно.
МакЛыди: И если подводить итог в общем, то кино с помощью Росселлини стало из прихоти для богатеньких (челядь не могла себе позволить билеты в кинотеатр) общедоступным явлением. Он показал, что и с непрофессионалами, и совсем без денег можно снять то, что вызовет отклик в душах. Как думаешь, похвально?
Лена: Ещё бы, фильм то Шедевром вышел.
МакЛыди: Теперь о твоих словах насчёт фашизма. Ты же не думаешь, что если фашизм зародился в Италии, у кинодеятелей этой страны не было права рождать о войне подобные легенды?
Лена: Ни в коем случае. У меня только был вопрос, почему немцы-фашисты считали итальянцев рабами, если сам фашизм зародился именно там.
МакЛыди: Тут скорее не принадлежность к какой-то стране, не гражданство основной момент. В Германии тоже были народные изменники, и к ним было такое же отношение, как к герою фильма.
Лена: Да, ты прав. Я как-то не подумала.
МакЛыди: Нам через тех, кто вёл антифашистскую деятельность, показали бескомпромиссность фрицев. И тупизну. А через женщин и детей, подверженных гнёту, показали жестокость и неадекватность. Если поменять Рим на какой-то другой город, что был горячей точкой во время Второй мировой, то ничего бы сюжетно не изменилось. Но режиссёр и сценаристы логично сконцентрировали внимание на том месте, где жили. Городе, который был им дорог больше всего. Если бы Советский Союз не получил такого урона, то вполне допускаю, что неореализм мог получить зачин в нашей стране. И смотрели б мы с тобой сегодня фильм "Москва, открытый город". Но нам в 44-45 было совсем не до кино. И пять последующих лет тоже.
Лена: Ну нашим людям, наверное, в то время неореализм явно не очень был нужен. Скорее наоборот. Забыть весь ужас этот.
МакЛыди: Верно. Как и многие другие фильмы, этот не получил признания сразу после выхода. Но сейчас, видишь, даже мы с тобой можем оценить, насколько всё круто сделано.
Лена: Может тогда и не оценили оттого, что не хотелось снова переживать.
МакЛыди: Тогда это было лишь рождение легенды об ещё не оконченной войне. А сейчас это уже совсем не легенда. Если выделять какие-то эпизоды или диалоги, что больше всего запомнилось?
Лена: Это сложнее, чем в прошлом фильме. Диалог мальчика и его отчима перед свадьбой. Финал, дети. Прощание священника и инженера.
МакЛыди: Среди этого всего нет самого цитируемого впоследствии эпизода фильма. Бег женщины за машиной. Ты такое не могла не видеть в другом кино. А началось всё именно с Росселлини.
Лена: Ого, я и не знала.
МакЛыди: В том числе и в советском, конечно. Когда женщина пробирается сквозь толпу и что-то кричит уезжающим/уходящим в безвременье – это всегда отсылка к "Риму", одному из первых фильмов о Второй мировой.

~~~

«Вы хотели убить его душу, а убили только тело». Цитата, звучащая из уст центрального персонажа, наилучшим образом характеризует не только сам фильм, но и войну в целом. Немецкая верхушка, задумывавшая уничтожить всех несогласных с её режимом, таким образом рассчитывала, что рано или поздно у противоборствующей стороны не останется не только физических, но и моральных сил на отпор. Однако они жёстко ошиблись, что и стало одним из факторов итогового фиаско. Роберто Росселлини – режиссёр, чья творческая деятельность не была прервана из-за войны (снял целых 4 фильма за 5 лет), с отбытием фашистских войск из своего родного города остро почувствовал необходимость переложить события последних лет на киноплёнку и в долгий ящик дело откладывать не стал. В компании с Федерико Феллини и Серджио Амидеи был написан крепкий сценарий, а творческий процесс был запущен ещё до того, как Муссолини и Гитлер отправились в мир иной, но уже тогда, когда всё происходящее намекало на подобный исход.

На экране нет рек крови, масштабных перестрелок и нарочито жестоких убийств. Как нет и явного героизма, людей с огромным флагом в руках, бегущих на толпу с автоматами. Киноязык Росселлини оказался фактически лишён прагматики, дав зелёный свет новому киностилю, в котором будут черпать вдохновение деятели нескольких последующих поколений. Мы получили во многих аспектах почти документальный фильм, в котором мелкие по статусу, но не по духу люди пытаются сохранить жизнь в чрезвычайно неблагоприятных для этого условиях. Они живут не ради Победы в войне. И вообще военный символизм Росселлини чужд. Они живут ради счастья собственных детей. И именно юных героев, что в тайне от родителей производят на крышах домов бомбы, хочется назвать главным символом фильма. Душевное состояние персонажа сына Пины, Марчелло, это главный ключ к не сразу считываемой драматургии фильма. И с ним же связаны все ключевые эпизоды, которые представляют нам все стороны войны. И более спокойную – когда он по просьбе мамы бежит через весь город в поисках священника, и стратегическую – когда в тайне от взрослых он как матёрый член подпольной организации творит безрассудства, и трагическую – когда на его глазах из жизни уходят дорогие люди, и, если хотите, философскую – когда он в толпе таких же "детей войны", спрятав слёзы от посторонних, тихо уходит в никуда. То, что будет с ним завтра, никому не известно. Но сейчас он жив. Жив, благодаря тем, кто "себя в бою не пожалел, а родину сберёг". Этот самый бой в итальянском неореализме совсем не то, к чему привыкли мы, выросшие на советских военных драмах.

Тема оказалась настолько дорога Росселлини, что впоследствии он снял ещё 2 фильма – "Пайза" и "Германия, год нулевой". Военная трилогия обязательна к просмотру всем прогрессивным киноманам.
Tags: 10 точек
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments